
Клёновское — сельское поселение между Варшавским и Калужским шоссе на самом юге Москвы: село Клёново с церковью и школой, десяток деревень, пруды, леса и садовые товарищества. В 2025 году его разделили между районами Вороново и Краснопахорский, и у жителей теперь два отдела полиции в разных сторонах. Разбираю, какой из них искать и как устроена защита […]
Читать дальшеРогово — самая дальняя обитаемая точка Москвы: 70 километров от Кремля по Варшавскому шоссе, граница с Калужской областью в нескольких километрах. Своей полиции в Роговском нет, суд — в Троицке за 40 километров, ИВС — ещё дальше. Для семьи задержанного это значит, что расстояния надо учитывать с первой минуты. Разбираю маршрут и порядок действий. Прежнее […]
Читать дальше

Вороново — самый южный угол Москвы, 50–60 километров от центра по Калужскому и Варшавскому шоссе, с миграционным центром в Сахарове, посёлком ЛМС и десятками деревень до границы с Калужской областью. Отдел полиции здесь находится в Курилове, суд — в Троицке, а значительная часть задержанных — иностранные граждане из Сахарова. Разбираю, как устроено задержание в районе […]
Читать дальшеПервомайское и Птичное — посёлки между Киевским шоссе и ЦКАД, которые в 2025 году оказались на стыке трёх новых районов: Филимонковского, Краснопахорского и Троицка. Отсюда путаница: одна часть бывшего поселения относится к отделу в Московском, другая — к отделу в Красном, а суд зависит от адреса задержания. Разбираю, как не потерять время на поиски. Прежнее […]
Читать дальше

Рабочий посёлок Киевский — самая дальняя точка Москвы на юго-западе, 60 километров от центра по Киевскому шоссе, у крупнейшей сортировочной станции страны. С 2025 года это район Бекасово Троицкого округа. Полиция здесь двойная — окружной отдел и линейная полиция на железной дороге, — а суд в Троицке. Разбираю маршрут задержанного и действия семьи. Район Бекасово […]
Читать дальше